Народные сказки

Авторские сказки

Поиск по сайту

Ненасытный Ансиге Карамба

Сказка менде


Жил в деревне Маку человек по имени Ансиге Карамба.
От отца ему досталось большое наследство, и Ансиге слыл богачом, но был жаден и скуп. Кроме того, Ансиге отличался невероятным обжорством.
У него была жена Паама, множество слуг и рабов. Всем доставалось от него. Пааму он постоянно укорял:
—   Ты плохо меня кормишь и не заботишься обо мне так, как жена должна заботиться о своем муже.
И всегда он был не в духе. Ему казалось, что слуги и рабы едят слишком много, да еще и обворовывают его. А на самом деле слугам доставалось очень мало еды, потому что Ансиге прятал свои припасы так старательно, что никому не удавалось отыскать их.
Жители деревни Маку считали Ансиге самым плохим человеком на свете.
Он так надоел Пааме постоянным ворчанием и упреками, что и ей стало невмоготу жить с ним дальше. И однажды она сказала:
—   Я пойду навестить отца. Родные по мне, наверно, соскучились.
Собрала она свои пожитки и ушла из Маку к себе в деревню.
После ее ухода Ансиге стало совсем плохо. Еду готовили ему теперь слуги. Они заботились о нем не так, как жена. Если раньше, до ухода Паамы, его кормили вкусно, то теперь еда стала хуже и с каждым днем ее становилось все меньше.
Чем больше Ансиге упрекал слуг и рабов, тем хуже ему жилось. Им надоела жадность и обжорство хозяина.
Прошло много времени с тех пор, как ушла Паама, и вот как-то утром Ансиге признался самому себе:
—   Жизнь моя незавидная. Два года минуло с тех пор, как жена сбежала к родным, и теперь я вынужден платить неблагодарным слугам только за то, что они готовят мне еду. У них же одна забота: обмануть меня да накормить похуже. Как бы мне не помереть с голоду! Надо пойти за Паамой и привести ее домой.
После долгого пути пришел он в деревню, где жили родители Паамы.
Отец Паамы встретил его приветливо и по законам гостеприимства подарил ему козленка.
У Ансиге даже слюнки потекли. Забыв про все на свете, он схватил козленка, поскорее зарезал его и сварил. При этом он страшно спешил, потому что боялся: вдруг кто-нибудь явится и тогда придется ему делиться своей едой? Даже не дождавшись, пока мясо сварится, он начал жадно глотать его кусок за куском.
Он ел, ел и ел. И вскоре от козленка не осталось и косточки.
Но Ансиге все еще не наелся. Он увидел большую овцу, которая паслась в поле, поймал ее, зарезал и принес к своему костру.

А между тем прошло немало времени с тех пор, как Ансиге ушел из деревни, и Паама стала беспокоиться о муже:
—   Я своего муженька знаю! Пойду посмотрю, что с ним приключилось из-за его обжорства.
Пошла она, а Ансиге как раз собирался свежевать овцу.
—   Что ты делаешь?! — испугалась Паама.— Вижу, это вовсе не козленок, которого дал тебе мой отец. Ведь это овца вождя племени!
—   Не притворяйся, будто ты меня не знаешь,— сердито ответил ей Ансиге.— Козленка, что дал мне твой отец, я уже съел, но этого мне было мало; я увидел овцу и решил ее тоже съесть.
—   И надо же было случиться такому несчастью! — воскликнула Паама.— Вождь племени накажет тебя за это! Но все-таки я попытаюсь помочь тебе!
Паама велела Ансиге отнести зарезанную овцу туда, где была привязана дикая лошадь вождя племени, и положить ее рядом с лошадью. Потом, вернувшись в деревню, Паама сказала вождю, что, судя по всему, лошадь лягнула овцу и убила ее.
Вождь сейчас же послал туда слугу посмотреть, что случилось, и тот, вернувшись, сказал:
—   Да, это правда, овцу, наверное, убила лошадь. Такое несчастье!
На другой день Паама призналась отцу:
—   Ансиге пришел из Маку голодный как волк. Что бы мне такое приготовить, чтобы накормить его досыта?
—   А почему бы тебе не поджарить ему молодые початки маиса? -— посоветовал   отец.— Это   как   раз   утолит   его   голод.
Паама пошла в поле, набрала большую корзину маисовых початков. Того, что она набрала, хватило бы на двадцать человек.
Паама поджарила молодые початки и подала мужу.
Ансиге съел все без остатка. Но все-таки не наелся. Он пошел в поле и торопливо стал обрывать маисовые початки.
Ансиге собрал столько початков, что с трудом мог унести. Он взвалил их на спину и отправился в деревню.
Становилось все темнее и темнее, и ему нелегко было найти дорогу. Наконец Ансиге выбрался на тропу.
К этому времени стало так темно, хоть глаз выколи. Только вдали кое-где мелькали огоньки деревни. Ансиге решил идти к ним напрямик. Но у дороги был вырыт колодец. И когда Ансиге подошел .к нему в темноте, то вместе со всей своей ношей упал в колодец.
А Паама, оставшись в доме отца, в это время подумала: «Я своего муженька хорошо знаю! Пойду-ка взгляну, что с ним случилось. В какую беду снова попал он из-за своего ненасытного желудка».
И, взяв факел, она пошла искать мужа.
 Подошла Паама к колодцу и тут услыхала крики Ансиге: он звал на помощь.
Заглянула Паама в колодец, осветила его факелом и увидела на дне Ансиге, а вокруг него плавали початки маиса.
—   Что ты там делаешь? — спросила Паама.
—   Не притворяйся, ты же меня знаешь! — закричал Ансиге.— Я искал чего-нибудь поесть. Все только одного хотят: уморить меня голодом. Лучше помоги, мне выбраться отсюда!
—   Да, ты попал в беду! Кому это понравится, что ты воруешь зерно?! Но делать нечего, я тебя вызволю.
Она побежала в поле, где паслись коровы, и согнала их всех на маисовое поле, где так потрудился Ансиге. И когда коровы начали щипать то, что осталось после Ансиге, Паама подняла крик. Из деревни прибежали люди.
—   Что случилось? — спросили они Пааму.
—  Большое несчастье! — ответила Паама.— Мой муж гулял в поле и увидел, что коровы топчут маис. Он разогнал коров и собрал упавшие на землю початки. Но ведь он не здешний-, он совсем не знает дороги.— пошел наугад и упал в колодец.
—   Ну, не беда! — утешали ее соседи.— Ничего, мы его вытащим.
Они прогнали с поля коров, принесли факелы, веревки и вытащили Ансиге из колодца.
Первое, что он сделал,— пустился бегом в дом Паамы, чтобы поскорей поужинать.
На другой день отец сказал Пааме:
—   Сегодня приготовь своему мужу что-нибудь повкуснее. Приготовь самое любимое его блюдо!
—   Я приготовлю ему лепешки  из  проса,— кивнула Паама. Она насыпала проса в деревянную ступку и стала толочь его,
толкла и растирала до тех пор, пока все до последнего зернышка не превратилось в муку, а Ансиге тем временем с жадностью следил за женой. Четыре раза насыпала Паама зерно в ступку и намолола целую гору муки. Потом она смешала муку с водой и приготовила тесто, а когда испекла лепешки, понесла их Ансиге.
Этими лепешками можно было накормить двадцать человек. Но Ансиге съел все один. И когда последняя крошка была съедена, Ансиге уставился горящими от жадности глазами на ступку, где было просо:
—   Может быть, там осталось еще немножко?
Подошел он к ступке, заглянул внутрь и увидел на ее стенках прилипшую муку. Он засунул голову в ступку, чтобы слизать языком муку, а на донышке ступки тоже осталось немного муки.
Ансиге подальше засунул голову в ступку, стараясь достать языком муку. Но когда он попытался вытащить голову обратно, то не смог: голова крепко застряла в ступке.

А в это время Паама подумала:  «Я знаю своего муженька! Пойду-ка посмотрю, не попал ли он в новую беду из-за своего обжорства».
Вошла она в дом и внимательно огляделась. Но Ансиге нигде не было. Тогда Паама отправилась во двор и увидела мужа, голова которого застряла в ступке.
—   Что с тобой случилось? — воскликнула Паама.
—   Нечего стоять и расспрашивать, что со мной случилось,— рассердился Ансиге. Голос его звучал сдавленно и глухо.— Я хотел слизать языком муку. А теперь завяз крепко. Придумай же что-нибудь!
—   Хорошо, хорошо,— сказала Паама.— Я тебя выручу.— И она стала звать на помощь.
Сбежались люди и стали спрашивать, что случилось.
—   Ах, какое несчастье, какое несчастье! — повторяла Паама.— И во всем я сама виновата. Я сказала мужу, что у него слишком большая голова, а он говорит, нет, совсем не большая. Я сказала, что у него голова не влезет в ступку, а он стал спорить и сунул голову в ступку, да и застрял там. Во всем виновата я одна!
—   Ну ничего, ничего,— смеясь, утешали ее соседи.— Беда не так уж велика!
Они не могли удержаться от смеха, увидев, как Ансиге застрял в ступке.
—   А ведь твоя правда,— говорили соседи Пааме.— Голова-то у него и верно большая!
Потом принесли топор, раскололи ступку и освободили Ансиге.
Вся деревня над ним потешалась. А он так рассердился, что собрал все свои пожитки и пустился в обратный путь, в деревню Маку.
Вернулся Ансиге домой и вдруг вспомнил, что, увлекшись едой, позабыл сказать Пааме, чтобы она вернулась вместе с ним. И послал слугу сказать жене, чтобы она сейчас же воротилась. Но Паама только велела слуге сказать мужу: «Уж я-то тебя знаю!»

Вот и сказке Ненасытный Ансиге Карамба конец, а кто слушал - молодец!
Закладки:
Хотите оставить комментарий? Добавьте сказку в закладки любой социальной сети

Категория: Сказки народов Африки
Предыдущая сказка: Куропатка и заяц
Следующая сказка: Коза и шакал


Комментировать

Для комментирования нужно добавить сказку в закладки любой социальной сети


Комментарии

Аватар Ангелочек, 15 ноя 2013, 19:58
Классная сказочка !